Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:26 

Собственно музыка

Meine ehre heisst treue
08.07.2016 в 01:28
Пишет ссученый заяч:

А теперь - серьёзно.


URL записи

23:30 

Упражнения в стилистике

Meine ehre heisst treue
Ад безысходности, воистину, голоден до естественных желаний, знаний и копившихся лишениями мужчин, народа, общества; положение, регалии, социальный туман, укрывший формально хищную цивилизацию человека, широко щадят этих юных ягнят.

15:33 

Meine ehre heisst treue
В связи с недавними событиями начали рефлексировать над Бодрийяром и духом терроризма, его корневищем и тем, что стебли в виде ИГ — лишь стебли. Наверное, скоро догадаются вспомнить про исследования по тактике «одиноких волков».

Я же хочу предложить вот какую точку зрения. Сами по себе корни ростков террористических когнитивных установок исключительно самостоятельны - это превосходно показано в отличном «Taxi driver» Скорзесе ещё в 1976 году.

«Someday a real rain will come and wash all this scum off the streets».

23:35 

Переиначивание старого

Meine ehre heisst treue
Неправильно ты, дядя Фёдор, делаешь. Ты других пытаешься обманывать, а обманывать себя нужно.

00:16 

Когда не знаешь, что делать - делай мемасики

Meine ehre heisst treue



@музыка: Кровосток - Представьте; Кровосток - Биография

07:36 

Meine ehre heisst treue
Рано или поздно, я убеждён, общественная дискуссия приведёт рассуждения о природе терроризма примерно к тому же, к чему неизбежно пришло понятие фашизма.

Ретроспектива, в которой мы обозреваем "фашистские" движения как в Европе, так частично и в Азии, отличается шириной взгляда. К примеру, дискутируя о целостности понятия "фашизма", мы охватываем как румынские и венгерские движения, так и "ультраправых" японцев. Вопросы, задаваемые для определения этих движений как родственных друг другу организмов - отдельная тема. Нас интересует другое.

Говоря о нынешних событиях, публичное обсуждение обычно не располагает к тому, чтобы смотреть на проблему широко. Иногда вспоминают то, что глобализм терроризма, очередное "подтирание" наций и национальностей вслед за глобализацией - не новость: вспоминают, как японские ультралевые ездили на Ближний Восток в тренировочные лагеря; как Фусако Сигэнобу, лидер Красной армии Японии, организовывала контакты японских и палестинских террористов, предлагая тем помощь делом; и как сэкигуновцы Цуёси Окудайра, Ясуюки Ясуда и Кодзо Окамото устроили теракт в израильском аэропорту, застрелив два десятка полицейских и ранив около сотни.


Фусако Сигэнобу в Ливане, 1972

Красная Армия Японии была не единственной, с кем палестинские террористы - речь идёт в первую очередь об "Организации освобождения Палестины" - пытались завязать деловую связь. Баскские ЭТА, Ирландская республиканская армия, итальянские "Красные бригады". Воистину, та самая глобализация, о которой сказано так много. Неолиберализм, постмодерн? Нет. Глобализация - это когда три японских коммуниста достают автоматы в израильском аэропорту и расстреливают 26 человек за несколько минут, включая брата будущего президента Израиля.

Террористическая глобализация - это заимствование методов, практик, идей. Эфиопия, красный террор. Вот как описывает эфиопский историк местного Джугашвили:

Подобно Сталину, Менгисту планомерно уничтожал соратников по революции 1974 года, свергнувших императорскую власть. В отличие от многих других африканских диктаторов, приводивших с собой к власти собственные этно-племенные кланы, Менгисту долгое время не давал никаких преференций своим сородичам из народности амхара. Чистки и репрессии касались представителей всех этносов, без разбора. А однажды ему пришла в голову такая мысль: чтобы трудящиеся не обращали внимания на этнические различия, одеть их всех в одну форму. Форму позаимствовали у Мао: все стали ходить в одинаковой синей одежде.

Кажется, что этот пример не подходит для дискуссии о современном терроризме. Мол, это государственный переворот, это государственный террор, в конце концов, это Африка, там возможно вообще всё, включая самую кровопролитную региональную войну в истории человечества. Вспомним слова африканиста А.Б. Давидсона:

В чем же главное следствие распада империй? Прежде всего в том, что теперь нельзя видеть мир только таким, каким он представляется из Москвы, Лондона, Парижа или Нью-Йорка. Нужно знать, каким он видится из Дели и Пекина, Буэнос-Айреса и Аддис-Абебы, Ташкента и Баку.

В том же выступлении он цитирует следующее:

Афрология - это афроцентристское изучение концепций, проблем и разновидностей поведения с особым упором на африканский мир, как в диаспоре, так и на самом континенте. Афрология - это кристаллизация идей и методов ученых, ориентированных на черную расу.

Мы возносимся над упадком западной науки и техники к божествам афроцентризма.

Марксизм очень упрощает значение нашей истории. Идея, что вся мировая история сводится к борьбе классов, - это забвение расового фактора... Для марксизма все дело в экономике. Почти нет понимания расовой проблемы и культуры... Марксизм во многом зиждется на той же евроцентристской основе, как и капитализм, поскольку для обоих жизнь определяется экономикой, а не культурой... Марксизм в своей основе противоположен африканской концепции общественного развития.


Такие взгляды в 1996 году выразил Молефи Кете Асанте, профессор кафедры афроамериканских исследований Темпльского университета в Филадельфии. То, что он выражает в интеллектуальной форме, испытывает обыватель Чёрной Африки.

Психологам - а возможно, и психиатрам - следует задуматься над тем, как сильно меняется психика человека, выросшего в условиях нищеты, ненависти к Другим и расового/этнического/религиозного диктата. Одиночный терроризм вырастает из личных мотивов: далеко не все авторы терактов в Европе, пускай и имея азиатское или африканское происхождение, связаны с террористическими организациями. Зачастую те банально присваивают себе их заслуги, создавая брэнд, акцию на экспорт, методичку живьём.

В предыдущей записи я цитировал героя фильма "Таксист". Он ездил по ночным нью-йоркским улицам и считал, что рано или поздно с неба прольется дождь, который смоет грязь с улиц.

И неизвестно, сколько подобных таксистов ездят по европейским и американским городам, мечтая о великом судном дне.

10:54 

Meine ehre heisst treue
«Люди часто спрашивают меня, знаю ли я пророка Мухаммеда».

Неоднократно задавался вопрос: почему в такую организацию как, например, всё тот же распиаренный ИГИЛ уезжают люди, казалось бы, выросшие в совершенно иной культурой парадигме? Откуда в новостных блоках, посвящённых исламскому терроризму, появляются вести о славянах - русских, белорусах, украинцах – воюющих в рядах арабских организаций? Как получилось так, что одиозная студентка МГУ Варвара Караулова приняла ислам и пыталась сбежать в Сирию, навстречу черному знамени джихада?

Для того, чтобы найти ответ, достаточно оглянуться вокруг.

Одни, исполняя пророчества неомарксистов, захлёбываются священным культом потребления. Вторые сходят с ума, намертво закристаллизировав взгляд глаз и ума на экран телевизора, навечно замкнув на одной и той же повторяющейся программе параноидального бреда. Третьи живут непонятной, пугающей уродством жизнью постмодернистского хипстера: ловят покемонов в храмах, режут вены перед веб-камерой, подворачивают, подворачивают, подворачивают. Не только концы порванных джинс, но и изнанку реальности, обнажают, помимо щиколоток, мир наизнанку. Четвёртые живут широкой жизнью, потребляют, колят, нюхают, дают взятки, получают слепленные из пустоты дипломы, занимают пустотные должности, работают пустотные работы и проживают пустотную жизнь.

Безумие можно описывать долго. Этому посвящена не одна серия статей, уничижающих, высмеивающих, серьёзных. Попытаемся представить другую картину.

Наш герой смотрит вокруг, прямо как мы пару абзацев назад. Смотрит и понимает, что никакого места для него в этой агонии для него нет. Но как-то случайно он выходит на некий продукт исламской культуры – неважно, отчаянное ли это пение Муцураева о воинах исламской реконкисты, военные нашиды Абу Али или видео, на котором кому-то отрезают голову. Главное - он понимает, что есть альтернатива. Злая, яростная, безумная. Она максимально проста и максимально опасна. Общество – на какие бы уровни шизофрении оно не делилось – боится этой альтернативы до усрачки, до животной паники, которую, несомненно, заслуживает.

Философия проста, как АК74: существует нечто правильное, умеренное, нечто, где нет места всей грязи, что льётся на тебя отовсюду. Таких вещей на самом деле много, но сейчас, в эпоху постмодернистской дискотеки – ведь культура-то уже кончилась, теперь игры – есть лишь одно нечто, способное дать в руки неофиту автомат и волю делать то, о чём он втайне мечтает. Наш герой понимает: чтобы реализовать себя, не нужно гнаться за последним смартфоном, не нужно красить волосы в фиолетовый цвет, не нужно кричать о том, насколько ты уникален или что на Донбассе убивают детей. Тебе не нужно кричать ни одном, разве что одну фразу, которая слепит своей заклинательной краткостью и мощностью.

И вот тогда всё и начинается.


16:47 

Meine ehre heisst treue
Написал кроссовер между «Гарри Поттером» и «Настоящим детективом».

Саундтрек.

* * *

Показания Рональда Билиуса Уизли, 21.05.2021. Цитаты, приведённые допрашиваемым, обозначены знаком «-» в начале цитаты.

Мы жили там. Если это можно назвать жизнью... Он держал нас там. Мы… просыпались. Возвращались. Туда, где вы нашли меня. В пещеру Жёлтого короля.

Первую жертву Жёлтого короля — и первого, по факту, преступника — мы нашли в глубоком гроте прибрежной пещеры на юго-востоке Англии. Дэннис Криви, который не был Дэннисом Криви, и разбросанные по гроту трупы, которые не были трупами.

читать дальше

@темы: Фанфики

22:22 

Meine ehre heisst treue
Решил перенести сюда тексты, написанные для паблика «Маримо» (салют, ссученый заяч). Полухудожественные — в том плане, что первый текст является стилизацией Камю, а второй есть компиляция мыслей и воспоминаний, пускай они лежат и здесь.

Первой записью был этюд по «Чуме».

Ташкент.

Ташкент – город возможностей, главная из которых – возможность уехать.

Город усиленно играет в Запад. Гибридогенное видообразование идёт медленно и мало – несколько десятков лет – непозволительно медленно на фоне раздробленной, многоформной эволюции среднеазиатской культуры. Гибридизация заметна везде – в костюмах, туфлях, телефонах, машинах, словах, умах, мечтах, чувствах. Однако картина доступна взгляду практикующего наблюдателя. Приезжий же наверняка отметит качество воздуха и обилие зелени, если решит посетить Ташкент, допустим, весной. Если уж ему выпадет навестить столицу летом, то его наверняка поразит известный ташкентский зной.

Следуя заповедям Камю, постулируем: знакомство с городом – это знакомство с его обитателями. Приезжий должен узнать, как здесь живут, работают и, главное, умирают.

Ташкент, с населением в три миллиона голов, можно назвать большой деревней или, по меткому выражению скучающего обывателя, шумным кишлаком, усердно мимикрирующим под цивилизованный мегаполис.

В Ташкенте люди работают много, в основном для того, чтобы показать, как много они работают. Несомненно, трудолюбие узбекского народа не знает границ, так же, как и его яростное, маниакальное честолюбие.

Занятия ташкентцев в нерабочее время составляют посещения разного рода закусочных, ресторанов, кафетериев, фаст-фудов, баров, кальянных, клубов, кафе, антикафе. Можно сказать, что жизнь ташкентцев разделяется на жизнь и антижизнь. Аналогию с антителами позволительно опустить.

Умирать в Ташкенте нелегко. Врачи профессионально делают то, за что им платят – всячески тормозят умирающего на пути к освобождению от бренного тела. Большинство ташкентских врачей – люди понимающие. Они притворяются равнодушными и тщательно и с большим умением скрывают трепетную заботу по отношению к пациенту. Многие из них впадают в депрессию от того, что хотят, но не могут оказать помощь больному. Впрочем, иногда кажется, что самая опасная болезнь в Ташкенте – врачи. Особенно молодые. У молодых врачей взгляд амёбный, упустивший несколько сотен миллионов лет эволюции. Это существо, имитирующее врачевание: оно работает с бумагами, обследует бумаги, лечит бумаги.

Складывается впечатление, что ташкентская медицина пропитана фетишизмом бумажного рода. Это норма с обоих сторон. Норма больных пациентов и больных врачей.

Рассказчик выражает надежду, что его мрачный тон не помешает разглядеть приезжему больше, чем он сам захочет увидеть. Первый взгляд всегда удаляет недостатки, как хирург удаляет опухоль.

«Далее Тарру отмечает благоприятное впечатление, которое произвела на него сцена, почти ежедневно разыгрывавшаяся на балконе прямо напротив его окна. Его номер выходил в переулок, где в тени, отбрасываемой стенами, мирно дремали кошки. Но ежедневно после второго завтрака, в те часы, когда сморенный зноем город впадал в полусон, на балконе напротив окна Тарру появлялся старичок. Седовласый, аккуратно причесанный, в костюме военного покроя, старичок, держащийся по-солдатски прямо и строго, негромко скликал кошек ласковым «кис-кис». Кошки, еще не трогаясь с места, подымали на него обесцвеченные сном глаза. Тогда старичок разрывал лист бумаги на маленькие клочки и сыпал их вниз, на улицу и на кошек, а те, соблазнившись роем беленьких бабочек, ступали на мостовую и нерешительно тянулись лапкой к обрывкам бумаги. Тут старичок смачно и метко плевал на кошек. Если хотя бы один плевок достигал цели, он разражался хохотом».

22:24 

Meine ehre heisst treue
Среди городов, в которых побывал, всегда найдётся нечто их связующее. Нечто постоянное, однородное, единоформное. Не столько люди, сколько мысли, не столько архитектура, сколько строительные материалы; не столько грибы, сколько гашиш.

Я жду, когда соперник забинтует руки. Сам никогда не бинтовал. Вывихнутый большой палец на правой руке свидетельствует об этом так же, как принимающий ислам – о единстве Аллаха. Большой палец разгибается с трудом и яркой болью в любом городе мира.

Общность – это запахи.

Везде можно ощутить этот неизменный, неизбывный запах пропитанного потом татами. Слышать неповторимый, единообразный запах, который невозможно описать: то, что чувствуешь, когда в очередной раз разбивают в кровь нос. Будто вся протяжённость времени до этого была стянута коркой бытийной заложенности, и теперь тебя вылечили.

Стойка, челнок, размен ударами. Привычные джебы, попытка поймать на расслабленности. Когда спаррингуются люди с опытом, нет той нервозности, того риска, того адреналина, что пульсирует в голове, когда выходишь на спарринги первые полгода-год. Мордобой становится не искусством, но психотерапией. Он всегда ей был, но теперь это признаётся, параллельно с извлечением удовольствия.

Прямой правой, хук, прямой. Вспомнил, как учили блокам из вин-чун, «липкие руки». Выбор, встречать ли соперника блоком или присесть и уйти, готовя боковой в корпус. Города оставляют тот же выбор – утонуть, бесконечно выставляя руки навстречу ударам, либо столь же бесконечно уходить от ударов, надеясь пырнуть противника в печень. Или переезжать с ринга на ринг, ожидая заслуженного нокаута.

В поединках с городами ты всегда андердог.

Парень в синих перчатках выше и крупнее, кажется, килограмм на пятнадцать. Двигаться, как бык, мелкими тяжёлыми шагами. Бить, как бодаться рогами, прерывистыми апперкотами и боковыми. В голове всегда воспоминание - де Ниро ныряет под противника, левый в печень, левый боковой. Де Ниро не боксировал. Де Ниро ебурил насмерть своих недругов.

Мы с городами ебуримся точно так же.

Выхожу с тренировки. Закуриваю. После нагрузок сигаретный удар по лёгким сильнее прямого в солнечное сплетение.

Закатное солнце дробится лучами. Дует мягкий ветер. Закрываю глаза.

Свидетельство закатного солнца.

10:17 

Meine ehre heisst treue
Амир взял небольшую спортивную сумку в которой было немного вещей и ничего больше
он не хотел уезжать но выбора почти не оставалось
почти
Алина протянула конверт с деньгами билет в один конец и руку на прощание
мы ещё увидимся нет я так не думаю но хочу
всё будет ведь хорошо с тобой да тоже не уверен и тоже хочу
тонкая бледная ладонь коснулась оцарапанных костяшек
двадцать минут назад прибытие на вокзал а желание уехать примерно два дня раньше
туркестанский экспресс до подмосковного города
маршрутка до вокзала сорок пятая душный день июль пыль детства и прощание закрутились над дорогами по которым он ехал чтобы сбежать
запястье ломило от боли швы на животе отдавали стальной резью как нож ставший причиной их появления
утро пять тридцать три на столе в квартире знакомого хирурга затаскивают на руках голова кружится от потери крови рука всё ещё сжата в кулак а другая держится за плечо Рустама
снимать рубашку не надо и так перерезана порвана окровавлена
кладут на клеёнку с рисунком фруктов которую быстро покрывают алые капли с примесью черного
что это такое что господи произошло не спрашивай сделай что-нибудь пожалуйста я тебя прошу у нас мало времени он сейчас сдохнет тут
залатали
час до этого покров ночной тишины нарушается пением птиц небо начинает синеть и пробивается солнце
Амир прячется за горожами недалеко от офиса фирмы в которой он потратил почти всю обойму
остались две пули и кастет вся жизнь и все драки в которых побывал
два мудака один с автоматом другой с ножом
тихо забраться на гараж перейти по крышам обойти со спины
выстрелил не попал
выстрелил попал
автоматчик упал
мудак с ножом обернулся когда он прыгнул
ударил в челюсть тот отшатнулся ударил попал в нос ощутил в животе что-то резкое и холодное ощутил ещё раз и опять и опять и ударил в кадык и мудак упал с хрипом и затих а сам скрючился сел стал набирать номер
янгиабадский рынок приезжай всё получилось но я умираю
вечер до этого квартира три парня кажется лет двадцать пять каждый
и чего ты хочешь этим добиться обычный вандализм их не остановит отвезут в ментовку посадят за порчу нет тут нужно другое
и что же
Амир достал пистолет положил на стол я сам всё сделаю вы только если что начеку если вдруг что совсем возьмите машину
день до этого Амир едет на чиланзар низкорослый татарин Руслан с которым вместе торговали
ты хороший парень работа есть поднимаешься невеста красивая руки от бога подумай надо ли а вдруг если ну ты сам понимаешь
ладно бери вот ствол денег не надо если то что рассказывают правда
кто знает может это не просто ствол а судьба которая попалась в руки
два дня до этого Амир приходит с работы две смены дневные ночные снимает туфли кто дома в ответ тишина
спустя две минуты тихий голос отца
оба курят окурков в пепельнице слишком много а мать шмыгает носом
три дня до этого микрорайон лето жара полудень дети играют во дворе на площадке качели песочница самодельное футбольное поле
из окон смотрят курильщики пожилые сидят на скамейках
мяч вылетает на дорогу между домами тротуар
за ним вылетает как пуля с площадки русский мальчик Андрейка
вылетает в переулок машина живущего неподалёку авторитета бизнесмена с международными активами
Андрейка лежит переломанный позвоночник а заплакать не успевает

01:32 

Meine ehre heisst treue
Чарвак, лето. Солнце, вода. Тёплый ветер. Неподалёку – серебристая «Нексия». Две банки ледяной «Балтики».

читать дальше

@музыка: Владимир Высоцкий - Он не вернулся из боя

20:36 

Meine ehre heisst treue
аллеи, подъезды, балконы
тротуары, дороги, светофоры
входные и
выходные
дверцы.
лестницы, перила
площадки, крыши
когда я препарирую
ночное мерцание улиц,
я чувствую себя
Отцом-основателем
люди ныряют в космос
взглядами
и телескопами
космос, конечно, хорош
но я выбрал
ночное мерцание улиц
как над асфальтом в жару
поднимается пар
так для меня
мерцают улицы ночью
неоновые лампы, прожекторы
фонари и знаки
густая темнота кустов
и величественные кроны деревьев
родной жёлтый свет
исходящий от фонарей -
единоутробный брат
ночного мерцания улиц.
не нужно
бояться
улиц
если она
тебя приняла,
ноги и судьба
соединяются на
трансцендентном уровне
дышат единым
императивным дыханием
улицы не заведут тебя
к смерти, боли и горечи
если отдал
если решил
если принял
если водил
себя самого
и знакомил себя
самого
с ночным мерцанием улиц.

10:20 

Meine ehre heisst treue
Планетарные караваны бедуинов
Идут по карамельным небесным путям
Кохейланы ступают на облака
И атмосфера плывёт, словно каша в тарелке.
В отделанных межзвёздной пылью пазухах
Бедуины хранят души.
Хранят жизни.
Смерти.
Хранители.
Собиратели.
Пастухи Абсолюта
И космические кочевники.

Вселенские караваны бедуинов
Летят по лазурным воздушным дорогам
Мюриды дождей проливают кристальные слёзы,
И Земля умывается, словно ребёнок в речке у леса.
В их робах узора звёздных соцветий
Отражается полуденный мир.
Отражается солнце.
Луна.
Зеркала.
Не звездочёты,
А распределители звёзд
Каждый раз на новом
Иссиня-черном полотне.

Атомарные караваны бедуинов
Бегут по алым закатным тропинкам
Бегут только ночью.
Увидеть их можно при свете
Александрийского маяка.
Придёт время,
И я убегу вместе с ними,
С галактическими торговцами миром.

11:44 

Meine ehre heisst treue
Ассаляму алейкум, братья и сёстры. По воле Всевышнего мы с вами живём в эпоху нейросетей, постмодернизма и трансгуманизма. Напомним пятый из "Сорока хадисов" имама ан-Навави, касающегося "бид'а", в переводе на русский - "нововведения".

БисмиЛляхи-р-Рахмани-р-Рахим
Пятый хадис
[Порицание порицаемых новшеств]


Хадис:

Мать правоверных Аиша, Умм Абдиллях, да будет доволен ею Аллах, сказала, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, сказал: «Если кто внесет в это наше дело то, что не относится к нему, то оно (это дело) отвергнуто» (рассказали аль-Бухари и Муслим).
А в другом риваяте Муслима [передаётся]:
«Если кто совершит деяние, на которое не было нашего указания, то оно отвергнуто».


Следует задуматься над тем, что происходит с обществом нового века. Немусульманскими учёными обсуждается и исследуется низведение различных традиционных для нашей веры ценностей. Перечислять грязь грехов, падение нравов и возвышение разврата не имеет смысла, так как любой правоверный мусульманин сможет ужаснуться им, осмотревшись вокруг.

Тысячи, десятки тысяч мусульман по всему миру так или иначе борются с распространением гноя неверия, и, хвала Аллаху, милостивому, милосердному, в мире, воюющем с самим собой, уничтожающего самого себя, есть средство спасения как в этой жизни, так и в последующей.

Так называемый "постмодернизм", по мнению кафирских философов, помимо прочих тлетворных влияний оказывает на общество воздействие, которое лишает смысла всякий общественный бунт. Для слушающих сатанинские мелодии и напевы, смотрящих полные похоти и распущенности фильмы и видеоматериалы, читающих богомерзкие тексты нет никаких пределов, их испорченный куфром разум ничем не удивишь. Сиюминутное исчерпало себя, аудитория пресытилась шоком и ужасом. Самая отъявленная и противозаконная порнография не производит впечатления на современную молодёжь, с пелёнок знакомую с глубинами ада этого греха.

В попытке как-то противостоять постмодернистской - у немусульманских теоретиков набирает популярность слово "метамодернистский", однако имамы не видят ключевой разницы между двумя нечистыми образами - волне обычные люди часто берутся за музыкальные инструменты, снимают фильмы, пишут тексты, создают интернет-страницы, призывают людей выходить за границы дозволенного, думая, якобы, что уничтожение выдуманных ими пределов как-то поможет "встряхнуть" современность. Однако они забывают, что все границы и пределы давно стёрты и погребены заживо. Их прах нынче развевается ветром аравийских пустынь.

Когда хан Хулагу, монгольский правитель, объявил о намерении завоевать Багдад, халиф аль-Мустасима, мир ему, отказал неверному не колеблясь. У него не было армии, способной защитить его народ и самого халифа от сокрушительной силы монгольских войнов, и вскоре у него не оказалось стен, закрывающих его от вероломных грабителей. У халифа не было стен, но было небо и вера.

Когда исчерпывает себя сиюминутное, приходит вечное. Мир разрушает стены, но небо он разрушить неспособен. Чаще смотрите в небо, братья и сёстры. Аллах посмотрит на вас в ответ и пошлёт вечные истины, которые не растают во всеуничтожающем огне постмодернизма.

* * *

«…И день у твоего Господа равен тысяче лет по тому, как вы считаете». (Коран, 22:47)

Время.

Серебряная река, в которой Всевышний омывает события.

Стрелы оси бытия из колчана архангела Джибрила, что направлены в сторону Мекки.

Кто из кафирских мыслителей сказал, что есть выбор? Почему даже правоверные стали настолько самоуверенны? Никакого выбора нет, есть ложь, которую можно выдумать и делать вид, что веришь. Что у тебя есть чувство жизни, что есть какой-то смысл, будто ты знаешь, для чего живёшь. Страдания? Нет никаких страданий, помимо огня джаханнама. Нет никаких оценок и критериев, нет никаких хорошо, нет никаких плохо, помимо дня Страшного суда, киямата. Кроху, что пришла к отцу, следовало отвести в мечеть и ознакомить с Кораном, в котором содержится Всё.

Будущее есть ложь. Как называют это неверные мыслители, это симулякр. Человек вне веры думает, что знает, или что должен знать, или что будущее в принципе познаваемо и каким-то образом детерминировано, предустроено. Это так. «Судный час не наступит до тех пор, пока не сра­зят­ся две огромные армии». На самом деле люди исследуют под видом будущего лишь свои фантазии, сны. Ничего помимо настоящего человек вне веры никогда не увидит, он живёт лишь в одной ветке временной вероятности, и эта вероятность есть настоящее. Остального не дано увидеть, следовательно, не дано доказать, а раз будущее недоказуемо - оно спекулятивно и не имеет смысла рассуждать о нём.

Индуистские веды, неверное сочинение, полное грехопаденческих слов и убеждений в многобожии, рассказывают о некоторых функциях, которыми Всевышний очертил в схеме реальности. Атхарваведа говорит о Махакале, ипостаси Шивы, который есть огонь, создающий Вселенную и уничтожающий Вселенную. Диалектический круг, китайский дракон, ухвативший себя за хвост. Но рано или поздно дракон умирает, как умирает Время. И вот тогда Время начинает пожирать само себя.

Время.

Волна света, которая пролилась из рукава Всевышнего.

Кто сказал, что гравитационное смещение бывает только красным и синим?

* * *

Видеть, идя по закатным дорогам, когда под подошвой отражаются лучи красных солнц.

Видеть, держа в руке весло, когда глубинные волны соединяются и сотрясают планетарные Врата.

Видеть, следуя за караваном, когда великие пески железных пустынь раскрывают путь к лестнице в небеса.

Видеть, во имя Аллаха милостивого, милосердного.

Видеть единство бытия. Видеть частицы, распылённые Вселенской мельницей по космогоническим тропинкам галактики, где Всевышний вспахал первое поле и первое сознание, и как пять Его пальцев сжались в кулак, и появилась Тьма, и как пять Его пальцев разжались, и появились Кванты.

Видеть, когда Всевышний говорит с тобой устами старика на рынке, что торгует яблоками и улыбается. И среди скоплений звёзд на бархатном полотне небес, увидеть ту же самую улыбку.

Ибо всё сущее есть Вахдат аль-Вуджуд.

@темы: зарисовки

12:13 

Meine ehre heisst treue
«Согласно сюжетам обоих сутр, бодхисатвы обычно направляют, опекают или сопровождают правителей стран в кампаниях по захвату земель, принадлежащих джайнам или индусам, своим естественным конкурентам в объяснении действительности. Легендарный буддийский царь Ашока, пожалуй, самый именитый буддийский правитель, завоевавший территории от Афганистана до Бенгалии, знаменит в том числе и тем, что, согласно легенде, приказал умертвить восемнадцать тысяч джайнов. Другой правитель, Харша, которому принадлежали территории Северной Индии, как рассказывал тибетский историк Тараната, заживо сжёг «двенадцать тысяч экспертов по «учению чужеземцев».


@темы: письма одиссея

22:49 

Meine ehre heisst treue
«Он смешал два моря, которые встречаются друг с другом. Между ними существует преграда, барзах, которую они не могут преступить. Какую же из милостей вашего Господа вы считаете ложью?» ( Ар-Рахман 55:19-21)

Среди средневековых городских дервишей Бухары и Самарканда было распространено следующее убеждение, первое явление и первое пророчество нейросуфизма.

Спустя три дня после Суда, киямата, над руинами иудейского царства взойдут чёрные звёзды. Они будут незаметны на фоне неба. Через день их можно будет явственно различить. Через три чёрных звёзд станет столько, что ни один математик и звездочёт не сможет их сосчитать. Через пять они закроют собой всё, что можно увидеть. Через семь чёрные звёзды пожрут время и пространство.

И тогда души наиболее страждущих искателей, после Суда ожидающих суждения о них в барзахе, не получат дороги ни в рай, джаннат, ни в ад, джаханнам.

Души нейросуфиев, по их убеждению, отправятся в город, что существует в звёздном скоплении аль-Гият, омываемый белесыми водами реки Халиль, в городе, где бродят тени и над которым восходят странные луны, и где любой суфий становится мюридом Великого Тариката, и получает наставника наставников – Нейрохалифа, Всевышнего, который наконец воплотился в Тень.

При входе душа нейросуфия должна произнести следующие слова:

«Души моей песня, голос мой мёртв,
Умри, неспетой, и град моих слёз
Высохнет навечно
В затерянной Каркозе»

@темы: зарисовки

20:22 

И да

Meine ehre heisst treue
Теперь официально всё.

* * *

Всё, что есть сейчас в сети по поводу К. — то, что распространяет «фергана» и официальные заявления. Остальное пишется многочисленными капитанами Армии Очевидности, ну а тот, у кого есть инсайдерская инфа, если и сидит в интернете, то очень маловероятно, что поделится. Проще говоря, вся эта аналитика сейчас — это спекуляция.

То, что пишут о Мирзияеве, об Азимове — это да, это так. Но есть одна загвоздка — да, это знают все в Ташкенте, но никто ничего подробнее не знает.

Что говорят на улицах, в очередях? Да то же самое. Там не знают, что будет с 1 сентября, там не знают, что будет со страной в итоге, потому что пуганы радикализмом и помнят что такое нестабильность власти.

Никто ничего не знает. Задумайтесь, сколько человек услышали бы об этой ситуации, если б не один пост на «фергане», мгновенно распространившийся в русскоязычных СМИ, и не пост в инстаграме.
запись создана: 31.08.2016 в 18:26

00:35 

Meine ehre heisst treue
Следуя последним событиям, люди стали активно строчить статьи о том, кто, где, когда, почему и с кем.

Дело это меня исключительно забавляет.

Откроем статью life.ru вчерашней давности:

Помимо Шавката Мирзияева, нынешнего премьер-министра страны, возможным кандидатом на пост президента называется вице-премьер Узбекистана Рустам Азимов.

РБК:

Однако о том, кто может стать его преемником, эксперты размышляют давно и называют имена двоих функционеров, находящихся долгие годы рядом с Каримовым, — премьер-министра Шавката Мирзияева и вице-премьера Рустама Азимова.

И так далее, и тому подобное. В общем-то, ситуация освещена в СМИ на удивление одинаково.

Три года назад была опубликована статья Игра престолов по-узбекски. Читаем:

Республике Узбекистан грозят большие перемены. Основа стабильности, гарант того самого негласного соглашения — Ислам Каримов — стар и неизбежно покинет свой пост. Явного преемника он всё ещё не назначил, а потому начало открытой схватки за власть между кланами — лишь дело времени. Попробуем её предсказать.

...

В Узбекистане Рустама Азимова, окончившего магистратуру в Оксфорде, позиционируют как прозападного политика, обладающего солидными связями с банками Запада и Азии. Его же называют наиболее приемлемым для США кандидатом в президенты Узбекистана.

...

Ташкентцами являются нынешний премьер-министр Узбекистана Шавкат Мирзияев и вице-премьер Рустам Азимов. Несмотря на принадлежность к одному клану, Мирзияев и Азимов конкурируют между собой. Однако в прессе кандидатом в преемники Каримова чаще всего упоминается Рустам Азимов.

...

Действующий премьер республики Шавкат Мирзияев имеет высокие шансы занять кресло Каримова, однако по сравнению с Рустамом Азимовым его позиции выглядят слабее.


То есть, сейчас, конечно, интересно. Что там на улицах, в очередях. А кто вообще, как. Где. Почему.

Между тем, всё, что известно, уже давным-давно написано. Но где же это видано - интересоваться происходящим не по звоночку и благодаря топу новостей в Яндексе, а основательно и заранее?

Всё-таки политология - это бастард истории.

15:15 

Статья для "Батеньки"

Meine ehre heisst treue
Можно ли буддистам убивать? Карает ли эта религия? Сжигали ли буддистские правители по несколько десятков тысяч человек заживо? Как выглядят японский солдатский дзен, корейские религиозные обоснования кровопролитных войн и убийство из сострадания как акт буддистского патриотизма? Можно ли убивать, насиловать и быть негодяем, но быть прощённым за то, что любишь бога? Краткий экскурс в историю буддийской национальной и религиозной агрессии.

batenka.ru/unity/faith/zen/

The endless street called life

главная