19:17 

Литературное

Lekteris
Meine ehre heisst treue
Не секрет, что большинство общих взглядов и первичных ассоциаций с теми или иными предметами закладывается в человека в детстве и подростковом периоде.

На самом деле, оба важны - вот только первый сидит куда прочнее. Очень многое зависит от того, что вы прочитаете в детстве, положим, об Африке - будет ли это сборник западноафриканских сказок либо советская энциклопедия с жуткими колонизаторами и борьбой забавных и иногда смешных негров против оных. В моём случае был второй вариант, но по мере изучения истории я его выкорчевал. Пока не полностью, но.

Деконструкция детских представлений - штука, понятное дело, естественное. Нет, я не буду затрагивать тему крушения взглядов на мир - это вещь глобальная, это вещь ясная и особого обсуждения не требуемая. Отдельно занотирую, что порог "детства" мы можем немного разграничить - ибо о некоторых вещах мы получаем представление немного позже, нежели пересекаем традиционный порог "детства".

Второй же значимый период - конфликт с окружающим миром. Но тут, знаете ли, рассматривать следует две вариации - вариацию подростка конфликт имеющего и конфликт не имеющего. Впрочем, не спорю - конфликт есть всегда, но иногда это просто "трудности самоопределения", а иногда - полное скатывание в хикки, НЕНАВИСТЬ ко всему и вся, тотальное неприятие мира и вообщепиздец.

Первый случай весьма и весьма безобиден. Тут, собственно, мне вспоминаются слова господина Еськова о создании "Последнего Кольценосца": он некогда упоминал о том, что сам прочитал сперва "Янки при дворе короля Артура", а уж потом - романтичные романы о романтичных средневековых романтиках. Собственно, это тоже потом сказывается, но в целом это весьма и весьма побочная деталь.

Для меня, вестимо, в своё время подошёл вариант второй. И... что же я такого прочитал в тот период, что врезалось в память и зримо до сих пор?

Бёрджесс и Кизи, Оруэлл и Лем, Истон-Эллис и Макиавелли. Альтернатива, фантастика, история, а главное - постмодерн. Склонность к деконструкции традиционных общественных представлений, причём без исключений - товарищ Мак, знаете ли, тоже в своё время совершил определённую революцию в представлениях о политике, продолжив дело Аристотеля.

Ещё я немало в подростковом возрасте почитывал латинских авторов - Гораций, Марк Аврелий, Цицерон - но всё это случилось зело позже после того, как миновала моя гормональная буря.

Лучше всего мне запомнились, разумеется, "Заводной Апельсин" и "Пролетая над гнездом кукушки". Из них я почерпнул склонность к жестокости в художественных текстах, причём жестокости, замешанной с серьёзными социальными вопросами, несколько оправдывающими маньяка-во-мне, да. Но основным источником этого явления был, конечно же, "Американский психопат" - штука, которую я почти дочитал, но бросил. От Оруэлла я почерпнул интерес к политике, от Лема - любовь к фантастике и философским вопросам - да, в "Солярисе" я куда меньше уделил внимание стороне описания соляристике, гадая, чем же закончится пребывание команды на этой чудовищной станции. Впрочем, вспоминается Ремарк, но я его плохо помню.

Дальше ещё были, помню, книги Харриса. Они, как и античные авторы да люди эпохи Возрождения воспитали во мне интерес к истории - ну а во что это вылилось вы сами видите.

Впрочем, рассказывая обо всём этом, нельзя не упомянуть детство. В детстве я читал в большинстве своём энциклопедии - советские, описывающие другие, неизвестные для меня страны нашей необъятной планеты, толстые, невероятно тяжёлые для того-меня тома с очень яркими иллюстрациями древнего мира динозавров и рептилий. Вот откуда идёт мой подлинный интерес к истории, это да. Ещё я активно почитывал "Маугли" и кое-что случайное из советских авторов, переполненное пропагандой - но это я уже не помню.

Такие дела.

@темы: Литература, Я

URL
   

The endless street called life

главная